misle.ru страница 1страница 2 ... страница 8страница 9
скачать файл
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО И НЕЗАВИСИМОСТЬ ПРИДНЕСТРОВЬЯ

2007


Авторы:

Патрик Брюно, Филипп Шансе Вельмот, Олег Верник Координатор авторской группы: Олег Верник

Перевод с французского Наталья Шульпина

Патрик Брюно – юрист, адвокат, советник международного криминального суда в Гааге, преподаватель Нью-Йоркского и Парижского университетов (Франция).

Филипп Шансе Вельмот – юрист, адвокат, представляет юридические интересы во Франции Президента Республики Конго, конфликтолог (Бельгия).

Олег Верник – юрист, преподаватель Киевского национального университета им. Т. Шевченко (Украина).

Коллективный труд международной группы авторов посвящается актуальным международно-правовым аспектам независимости Приднестровской Молдавской Республики.

Авторы, исследовав широкую нормативно-правовую базу, международно-правовые документы, текущее правовое законодательство ПМР, новейшие доктринальные новации в области правовой компаративистики, пришли к однозначному выводу о том, что суверенная приднестровская независимость полностью обоснована с точки зрения международного права.

© Олег Верник, 2007.

ВСТУПЛЕНИЕ

Данный документ появляется в весьма непростое время. Международное юридическое сообщество настойчиво продолжает говорить о кризисе системы международного права, о тенденции его циничной трансформации в право сильных политических игроков на международной арене, о тенденции игнорирования основных теоретико-правовых конструкций, формировавшихся не одну сотню лет.

Безусловно, авторы предлагаемого документа отдают себе отчет в том, что проблематика международной правосубъектности Приднестровской Молдавской Республики (ПМР) не только и не столько зависит от объективного международно-правового и конституционно-правового анализа оснований права приднестровского народа на самоопределение и сецессию. Сложное переплетение экономических, геополитических, военно-стратегических и прочих факторов, существующих вокруг проблемы самоопределившейся территории самоопределившегося народа, равно как и применение двойных стандартов в оценках и непрозрачности в подлинных намерениях, значительно затрудняют продвижение к этически и морально обусловленному, исторически справедливому и правовому разрешению приднестровской проблемы.

Однако, по мнению авторов данного документа, руководствуясь доброй волей, неангажированным подходом, равно как и целым рядом морально-этических и международно-правовых принципов и приоритетов, вполне возможно выстроить четкую юридическую архитектуру проблематики самоопределившейся Приднестровской Молдавской Республики и, как следствие, вывести эту проблематику в область чистого права, свободную от всевозможных неюридических напластований, неправовых интересов и влияний.

Авторы предлагаемого документа руководствовались в своей работе следующими морально-этическими приоритетами и общеюридическими принципами:



  • суверенная воля к самоопределению народа Приднестровья, подтвержденная на многочисленных референдумах и институционально выразившаяся в формировании государственности ПМР, является ключевым фактором в анализе данной региональной проблемы и не подлежит дальнейшему игнорированию европейскими и мировыми институциями;

    • в связи с текущей трансформацией архитектуры Европейского Союза и расширением общеевропейского дома любая региональная проблема на территории Европы становится общеевропейской проблемой и подлежит своему разрешению с задействованием всех наличных организационных, правовых и иных ресурсов европей

    • ского сообщества. Именно в данном контексте суверенная Приднестровская Молдавская Республика (ПМР) может и должна стать ключевым фактором мира и стабильности в данном регионе Европы, неотъемлемым элементом системы общеевропейской безопасности;

  • именно система принципов и норм международного права является основой для формирования полноценной международной правосубъектности приднестров ского народа и его государства ПМР;

  • с одной стороны, реальное наполнение внешнего суверенитета ПМР не может не увязываться с реализацией общедемократических европейских стандартов внутри страны. С другой стороны, само европейское сообщество должно решительно отказаться от каких-либо внешних и неправовых соображений по отношению к

применению равных демократических стандартов и

критериев для разрешения как этой, так и любой другой

аналогичной региональной проблемы.

Авторы данного документа констатируют, что окончательное правовое разрешение приднестровской проблемы не возможно без самого активного участия в ее обсуждении разнообразных гражданских институций европейского и мирового сообщества, представителей научной и юридической общественности, правозащитных и гуманитарных инициатив. Именно гражданские низовые структуры народной дипломатии самым решительным образом актуализировали для мирового сообщества и его международно-правовых структур в конце 40-х – начале 50-х годов XX века проблематику антиколониальной борьбы и формирования качественно новой модели мирового правопорядка, основанного на уважении к самоопределяющимся народам и нациям и их безусловной поддержке мировым сообществом.

Однако, данные правовые алгоритмы легитимизации самоопределения, раз и навсегда зафиксированные как в многочисленных международно-правовых документах ООН, так и в иных нормах международного права, оказались, практически, не задействованными (или выборочно задействованными) в условиях новой фазы антиколониальной волны, связанной с распадом СССР и Югославии. Международное и, прежде всего, европейское сообщество в начале 90-х годов XX века оказалось не готовым к адекватному правовому реагированию на новые европейские реалии.

С одной стороны, международное сообщество и его международно-правовые институции задним числом легитимизируют имперский характер бывшего СССР, фактически признавая только за Российской Федерацией (РФ) полноценный международный и правовой континуитет СССР, фиксируя Россию, тем самым, в качестве метрополии в рамках бывшего СССР. На основании этого континуитета Российская Федерация получила место в Совете Безопасности ООН, монополию на ядерное оружие среди бывших республик СССР, записала на свой счет основную часть советского внешнего долга. С другой стороны, международное и европейское сообщество оказывается не готовым признать новую постколониальную реальность на территории бывшего СССР с ее многочисленными межнациональными конфликтами и не менее многочисленными апелляциями к самоопределению как к демократической и соответствующей принципам ООН форме разрешения этих конфликтов.

Вместо этого, ведущие международно-правовые институции выбирают весьма спорный и далекий от подлинных демократических стандартов алгоритм признания международной правосубъектности только за союзными республиками бывших СССР и Югославии. При этом, грубо игнорируются как общедемократические права народов автономных образований внутри союзных республик бывшего СССР, так и результаты демократически проведенных референдумов по самоопределению в тех или иных территориальных анклавах. Многочисленные нации и народы бывших СССР и Югославии становятся в рамках современного применения данного алгоритма фактическими заложниками произвольного и несправедливого, с точки зрения учета национального фактора и очень давнего установления внутренних федеративных границ авторитарными режимами бывших СССР и Югославии.

С одной стороны, Парламентская Ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) 25 января 2006 года принимает Резолюцию, в которой осуждает массовые нарушения прав человека, совершенные при тоталитарных коммунистических режимах, отмечая в документе, что «народы бывшего СССР наиболее пострадали от этих преступлений», а с другой стороны, фактически делает все для пролонгации последствий данной преступной политики. В результате, заложниками данной двусмысленности становятся на весьма продолжительное время такие свободолюбивые европейские народы как косовары, черногорцы, приднестровцы, босняки и другие. И если одни из них (черногорцы), так или иначе, в результате благоприятного стечения обстоятельств, а отнюдь не применения равных демократических стандартов и принципов международного права, преодолевают эту ненормальную ситуацию, то такие народы как косовары, босняки и приднестровцы продолжают оставаться ее заложниками.

Авторы данного документа имеют перед собой цель не просто актуализировать проблематику международно-правовой легитимизации ПМР, но и обратить, тем самым, внимание европейской и мировой общественности на целый ряд кризисных и неоднозначных явлений, как в теории международного права, так и в его практической плоскости, которые требуют своего немедленного разрешения. А разрешение любой проблемы следует начинать, прежде всего, с ее точной и корректной постановки.

Надеемся, что наш совместный труд станет еще одним тем небольшим кирпичиком, который будет положен в прочный фундамент нашего нового общего европейского дома.



РАЗДЕЛ I

Система принципов международного права – юридическая основа государственной независимости ПМР

В условиях ожесточенных и продолжающихся атак со стороны ряда ведущих мировых игроков на традиционные устои международного правопорядка и международного права, в условиях очередных попыток отказа с их стороны от базового международно-правового подхода применения равного стандарта ко всем суверенным формированиям – именно базовые принципы международного публичного права становятся той самой силой и опорой, призванной защитить права свободолюбивого народа Приднестровья и его суверенного государства ПМР.

По нашему мнению, именно базовые принципы международного права, как юридически закрепленные начала международного права, как нормы международного права, имеющие обязательный характер для всех его субъектов – позволяют нам не только актуализировать проблематику приднестровской независимости, но также найти необходимое и достаточное количество юридически бесспорных аргументов и доказательств на этот счет.

Достаточно сложная архитектура принципов международного права, безусловно, позволяет некоторым безответственным персонажам под прикрытием ее поверхностной критики наносить удар за ударом по самой сущности текущего мирового правопорядка, основанного на консенсусе суверенных воль первичных субъектов международного права – государств и народов. В зависимости от той или иной региональной ситуации и собственной позиции относительно этой ситуации ведущие мировые игроки готовы характеризовать конфигурацию и действие базовых принципов международного права совершенно по-разному. Тут мы можем услышать как восторженные эпитеты о «гармоничном единстве принципов международного права», так и тезисы о «конфликте принципов», об их «дисбалансе», о «неравном весе и весомости» тех или иных принципов для современного международного права, о необходимости отказа от некоторых из них как «устаревших».

Авторы данного документа, разумеется, не ретрограды, но приветствовать адаптацию традиционных международно-правовых норм под бурно изменяющуюся реальность готовы только исходя из своего собственного понимания и принятия векторов данных трансформаций. А они, увы, далеко не все и далеко не всегда связаны с развитием демократических стандартов и параметров международно-правового равенства и справедливости. Мы не считаем, что принципы международного права, зафиксированные в Уставе ООН и носящие характер jus cogens, то есть являющиеся обязательствами высшего порядка, которые не могут быть отменены государствами ни индивидуально, ни по соглашению между собой, могут стать предметами беспринципной эквилибристики или фехтования.

Международно-правовые документы ООН сегодня четко и однозначно указывают на то, что все народы и государства, независимо от размеров территории, населения, уровня развития, находятся в равном положении. Десятки мини-государств, членов ООН, пользуются суверенными правами наравне с Китаем с его миллиардным населением или такими гигантами, как США, Россия, Индия, внося свой вклад в общее дело развития международного сообщества наций. Наряду с этим на данный момент времени имеются государства, в частности, Косово и Приднестровье, равенство подобных с другими, даже подобными по численности населения и по размерам территории, странами, по мнению организаций мирового сообщества и ведущих его игроков, не дает им права не только на получение, но даже на восстановление своего суверенитета. Таким образом, нами наблюдается весьма странный подход к определению равенства между государствами. Предполагается, что реальными субъектами права могут быть только члены ООН, в то время как, согласно публичному римскому праву, каждое государство является публичным лицом (universalitas personarum) и как юридическое лицо выступает субъектом права, поэтому должно быть признано законом (lex generalis).



По глубокому убеждению авторов данного документа, сам факт существования проблемы так называемых «непризнанных государств» указывает вовсе не на некие «внутренние противоречия» в системе принципов международного права, а на сознательный отказ от их применения ведущими мировыми игроками. Таким образом, мы фиксируем ситуацию, где не базовые принципы международного права как нормы прямого юридического действия служат основой для формирования моделей поведения тех или иных ключевых правительств и находящихся под их влиянием международных организаций, а их тактические и стратегические соображения и региональные интересы цинично попирают международно-правовые стандарты равенства и, как результат, делают заложниками и жертвами данной ситуации ряд демократически самоопределившихся народов мира.

Авторы данного документа глубоко убеждены, что независимость Приднестровской Молдавской Республики (ПМР) может и должна быть обоснована и связана как раз с действительными принципами международного права, нашедшими свое выражение как в Уставе ООН, так и в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 24 октября 1970 года, а также в Декларации принципов, которыми государства-участники будут руководствоваться во взаимных отношениях, содержащейся в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1 августа 1975 года. Не через интерес ведущих мировых игроков, не через благоприятное стечение обстоятельств, а через твердое и последовательное соблюдение и применение норм и принципов международного права.

По мнению авторов данного документа, главной характерной особенностью базовых принципов международного права является их универсальность. Это значит, что все субъекты международного права обязаны строго соблюдать данные принципы, поскольку любое их нарушение будет с неизбежностью затрагивать законные интересы других участников международных отношений. Это значит также, что именно принципы международного права являются основным критерием законности всей системы международно-правовых норм. Принцип права – это нормативное отражение объективного порядка вещей, общественной практики, закономерностей общественного развития, а не субъективные представления об этих процессах тех или иных участников мирового сообщества. Действие данных принципов распространяется даже на те области отношений субъектов, которые по каким-либо причинам не урегулированы конкретными нормами. Принципы, таким образом, являются фундаментом международного правопорядка.

Понимая и признавая эту данность, текущее законодательство ПМР подчеркивает принципиальную важность для себя базовых международно-правовых принципов. В Статье 10 Конституции ПМР, принятой на всенародном референдуме 24 декабря 1995 года, устанавливается следующее:

«Внешняя политика республики исходит из принципов суверенного равенства государств, неприменения силы, мирного урегулирования споров, невмешательства во внутренние дела других государств.



Общепризнанные принципы и нормы международного права, а также международные договоры Приднестровской Молдавской Республики являются основой отношений с другими государствами и составной частью правовой системы».

Данные ключевые тезисы также нашли свое отражение и развитие в Законе ПМР ««Об актах законодательства Приднестровской Молдавской Республики» от 7 мая 2002 года, где в Статье 5 «Приоритетная юридическая сила норм международного права на территории Приднестровской Молдавской Республики»

фиксируется следующее:

«1. Общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью правовой системы Приднестровской Молдавской Республики...

2. Прямое действие общепризнанных принципов и норм международного права означает их непосредственное использование в правотворческой деятельности органов государственной власти и управления, органов местного самоуправления при разработке актов законодательства Приднестровской Молдавской Республики (которым должны следовать разрабатываемые нормы), а также в правоприменительной практике…».

Фиксация общепризнанных принципов и норм международного права в качестве части правовой системы ПМР, по нашему мнению, создает благоприятную ситуацию для дальнейшей имплементации данных принципов в текущее законодательство Приднестровья.

Ниже нами будет проведен детальный анализ базовых принципов международного права, который со всей необходимостью подтвердит правовую и морально-этическую обоснованность апелляции народа Приднестровья и его суверенного государственного формирования ПМР к международному сообществу.

Авторы данного документа еще раз подтверждают свое намерение самым решительным образом вывести вышеобозначенную проблематику из области геополитической игры ведущих игроков Востока и Запада в плоскость верховенства права как в нормативном его содержании, так и в естественно-правовом аспекте.



Глава 1

Принцип суверенитета и суверенного равенства государств – фундаментальная основа государственной независимости ПМР

Тридцатилетняя война, изменившая до неузнаваемости облик Европы, породила так называемое Вестфальское право и Вестфальскую правовую систему, основанную на всеобщем признании принципа государственного суверенитета в качестве основы международного права. То есть с этого времени суверенитет становится атрибутом именно государства, а не монарха, а суверенное государство признается основным субъектом международных отношений. Мир начал рассматриваться как совокупность государств, обладающих всей полнотой власти на своей территории и самостоятельных во внешней политике. Принцип государственного суверенитета становится основополагающим для всего последующего развития системы международных отношений, включая Венскую, образца 1815 года, модернизацию Вестфальской системы и Ялтинский мир 1945 года.

Именно в рамках данной Вестфальской системы координат с ее принципом государственного суверенитета и суверенного равенства государств и подходят авторы данного документа к анализу международной правосубъектности Приднестровской Молдавской Республики. Исходя именно из этой системы координат, вышеозначенный принцип является базовым органическим принципом, на основе которого и была собственно построена сама система международного права; права, являющегося результатом согласования воль суверенных государств и их народов. Исходя именно из данного стержневого элемента международного права, все государства обладают суверенитетом и равны между собой. Именно данный базовый системообразующий принцип является верховным принципом в сложной и многокомпонентной системе принципов международного права, находящихся в рамках своей универсальности в сложном динамическом соотношении.

Мы, авторы данного документа, задаем себе вопрос: на основании чего государство способно участвовать в межгосударственных отношениях? И отвечаем на него единственно возможным образом: потому что оно суверенно. Появление на свет суверенного государства – объективная реальность, результат исторического процесса. То, что государство обладает международной правоспособностью именно в силу своего собственного суверенитета (ipso facto – то есть в результате факта своего существования) является не только базовой международно-правовой концепцией, но и признано в международной судебной практике. Постоянная Палата международного правосудия по делу “Уимблдон” определила: «право на вступление в международные обязательства – атрибут государственного суверенитета». Тут следует отметить, что и сама ООН возникла и существует только благодаря воле суверенных государств, которые поставили цель не допускать впредь всемирных катастроф, подобных 2-ой мировой войне. ООН является прямой наследницей и продуктом Вестфальской политико-правовой системы, в рамках которой сформировались и начали активно действовать первые межправительственные и международные неправительственные организации. Две мировые войны ХХ века не смогли поколебать эту систему, существенно окрепшую после создания ООН. Тут следует отметить, что в системе современного международного права не существует какой-либо нормы, наделяющей первичные субъекты правосубъектностью; имеются лишь нормы, подтверждающие наличие у них правосубъектности с момента образования. Иными словами, международная правосубъектность первичных субъектов не зависит от чьей-либо воли и имеет по своей природе объективный характер.

Суверенитет является неотъемлемым свойством государства и первичным фактором международных отношений, а не вторичным фактором, то есть продуктом международного права. Отсюда, именно суверенные государства провозглашаются первичными субъектами международного права, так как их международная правосубъектность исходит из самого факта их существования, а разнообразные международные организации в связи с этим являются лишь вторичными субъектами международного права, правосубъектность которых связывается с принятием их уставов или иных документов, регулирующих их образование и международно-правовую компетенцию. Таким образом, по нашему мнению, стержень проблематики юридического обоснования суверенности и независимости Приднестровья следует искать как раз в основах Вестфальского мирового правопорядка суверенов и в текущих базовых международно-правовых документах, фиксирующих принцип суверенитета и суверенного равенства государств.

Считается, что государство обладает полноценным Вестфальским суверенитетом, когда его политическая организация основана на исключении иностранных факторов влияния и персоналий из властных структур на данной территории. Согласно определению юридического суверенитета, государство считается суверенным, когда никакая другая, внешняя по отношению к нему, группа не может управлять людьми или осуществлять юрисдикцию на территории этого государства. Сам факт образования нового суверенного государства как доминантного социального организма лежит за пределами международного права, но наличие у него всех признаков суверенитета, понимаемого не абстрактно, а конкретно, является необходимой и единственной предпосылкой для появления у этого государства полноценной международной правосубъектности.

В Конвенции Монтевидео по правам и обязанностям государств (1933 год) закреплены четыре признака государства, являющиеся критериями его состоятельности:



  1. наличие постоянного населения;

  2. наличие определенной территории;

  3. наличие собственного правительства;

  4. наличие способности к вступлению в отношения с другими государствами.

Совершенно очевидно, по нашему мнению, что Приднестровское государство отвечает всем четырем предлагаемым этим международно-правовым документом признакам. И если, в силу ряда причин сугубо внеправового характера, полноценная международная правосубъектность ПМР пока еще ограничена, то это абсолютно никак не сказывается на требуемом Конвенцией «наличии способности» к вступлению в отношения с другими государствами. Кроме того, мы утверждаем, что кроме данного вышеуказанного минимума государствообразующих признаков, Приднестровская Молдавская Республика вполне соответствует еще, как минимум, двум ключевым признакам, свидетельствующим в пользу доброкачественности ее политической системы:

  1. реальное функционирование демократической системы власти, основанной не только на соблюдении формальных выборных процедур, но и на достаточно высоком уровне взаимного доверия власти и общества и широком моральном консенсусе;

  2. способность следовать принципам добрососедства в случае устранения прямой внешней угрозы.

Мы, как авторы данного документа, ответственно заявляем, что органы государственной власти ПМР значительно в большей степени, чем органы власти многих суверенных государств, возникших на территории бывшего СССР в результате его распада, пользуются внутренней автономией, и, соответственно, юридическим суверенитетом. Упрощенно говоря, ни законодательство Республики Молдовы, ни какого-либо третьего государства не действует на территории Приднестровья, хотя его правительство и заявило о своем желании снизить существующий уровень суверенитета, став субъектом международных соглашений и отвечая по их обязательствам.

Для Приднестровья юридический принцип «uti possidetis» («владей чем владеешь») – принцип сохранения существующего положения вещей народом и правительством, а также непрерывный территориальный суверенитет с момента провозглашения независимости являются ключевыми элементами, подтверждающие полноценный государственный суверенитет Приднестровья. В свою очередь, способность с успехом защитить государственные границы в период вооруженной агрессии со стороны Республики Молдова (1992 год) является дополнением к вышеуказанным признакам. Эта позиция, более того, полностью согласуется с соответствующими принципами международного права. Среди них – «принцип эффективности», effectivités.

Следует указать, что ряд постановлений Международного Суда ООН при аналогичных обстоятельствах гласили о том, что территориальная целостность нового государства должна быть ограничена территорией, контролируемой им в момент провозглашения независимости. Другими словами, территория государства – это не та территория, на которую оно претендует или хотело бы претендовать, или которую печатает на своих картах, а та, которую государство контролирует во время провозглашения своей независимости. Ниже авторы данного документа наглядно покажут, что во время выхода Республики Молдова (РМ) из состава СССР и Молдавской Советской Социалистической Республики (МССР), Приднестровье уже официально отделилось и суверенно управляло своей территорией независимо от Кишинева.

Применяя принцип «uti possidetis» де-факто в отношении Молдовы во время провозглашения ее независимости, мы можем утверждать, что ее территория заканчивается там, где она прекращает осуществлять эффективный контроль на ней. Это происходит именно там, где демократически избранные органы государственной власти Приднестровья, в свою очередь, начинают осуществлять суверенный и эффективный контроль своей территории. В международном законодательстве правосубъектность дается только той государственной власти (правительству), которое осуществляет эффективный контроль над своей территорией. Это напрямую связано с юридическим «принципом эффективности» правительства: следует отметить, что, с точки зрения международного права в случае эффективного, но непризнанного (проблематика т.н. «признания» ПМР авторами данного документа будет рассмотрена ниже) правительства на данной территории, важно, прежде всего, не его признание, а эффективность как основной критерий получения правительственного статуса. То есть, именно реальная ситуация на территории государства имеет большее значение и является «основным критерием» согласно норм международного права. Все остальные доводы либо не существуют, либо второстепенны.

Авторы данного документа считают возможным еще раз подчеркнуть, что среди принципов международного права «эффективное управление» (effectivités) является ключевым в определении суверенитета любой оспариваемой территории. Данная справедливая международно-правовая теоретическая конструкция находит свое закрепление даже в международной судебной практике, создавая тем самым прецедент. Судьями Международного Суда (дело: Эритрея/Йемен, 1996) было установлено, что «осуществление юрисдикции и государственных функций» является определяющим фактором суверенитета над территорией. Тут следует указать на один очень интересный и показательный факт. Ключевым обоснованием невозможности признания приднестровской государственности в докладе главы Миссии ОБСЕ в Молдове №13 от 12 ноября 1993 года был тезис о том, что образование мини-государств приведет к появлению нежизнеспособных государственных образований, в итоге чего может возникнуть серьезная угроза политической дестабилизации и ускоренного экономического упадка. Однако с момента появления этого доклада прошло 14 лет и, очевидно, что мы являемся свидетелями абсолютно противоположной тенденции. С одной стороны, молодое приднестровское государство стало ключевым фактором текущей стабильности в регионе, а с другой, именно отказ от полноценного признания европейским сообществом Приднестровской Молдавской Республики крайне отрицательно влияет на экономическую, гуманитарную и политическую ситуацию в регионе, несмотря на все усилия и инициативы международных посредников.

Поскольку экономическая и политическая жизнеспособность Приднестровского, равно как и любого другого государства, имеет отношение, прежде всего, к его суверенитету и определяется его соответствием международному законодательству, такие вопросы, как создание государственных институтов, должны рассматриваться наряду и в тесной взаимосвязи с формальными требованиями к государственности. Отсюда, в соответствии как с общей теорией государства, так и с доктриной международного права, государство является организацией, занимающей определенную территорию и имеющей постоянное население, контролируемое собственным правительством, и которая участвует или может участвовать в формальных отношениях с другими организациями. А если полностью абстрагироваться от остальных функций и характеристик государства и сосредоточиться только исключительно на его международной правосубъектности, получим следующее определение: государство

необходимая организация населения для участия в международном сообществе, для представительства и защиты его интересов.



Попробуем оценить реальную де-факто ситуацию в приднестровском регионе на предмет анализа реализации принципа «эффективного управления» сквозь призму объективистского доказательного фактажа:

Приднестровская Молдавская Республика (ПМР) занимает территорию протяженностью границ в 816 км. Государство ПМР осуществляет собственную юрисдикцию на этой территории, выпускает собственные деньги и имеет собственное налогообложение. Приднестровье имеет собственную Конституцию, пограничные посты, избирает Президента, Парламент и местные власти посредством прямого народного голосования, имеет независимое судопроизводство, армию, милицию, службу безопасности и известную футбольную команду. Оно также имеет герб, государственный флаг и государственный гимн, собственные почтовые марки, выдает лицензии, паспорта. Государственное управление за последние 17 лет можно объективно оценить как эффективное. Приднестровье с успехом предоставило своим гражданам все необходимые социальные услуги, ожидаемые от государства. Среди них: право на собственность, пенсии, предупреждение преступности, инфраструктура, здравоохранение, образование.

Несмотря на объективно неблагоприятную геополитическую обстановку в Европе, Приднестровская Молдавская Республика все же сохранила настойчивость в установлении отношений с другими субъектами международной системы на основе суверенного равноправия, сотрудничества, взаимного уважения и партнерства. Она рассматривала и продолжает рассматривать себя как абсолютно суверенное государство.

26 мая 2005 года Парламент Приднестровья издал Постановление 2241 «О Принятии Концепции Внешней Политики ПМР», согласно которому Приднестровье руководствуется общепринятыми принципами и нормами международного права и находится в том же статусе независимого государства, что и 2 сентября 1990 года, то есть в день принятия акта о независимости ПМР. Приднестровье, по собственному мнению, «проводит внешнюю политику как суверенное, независимое, демократическое, законное и светское государство». Оно считает себя суверенной, независимой, демократической республикой с конституционной системой сдержек и противовесов. На политическом, культурном и, в частности, коммерческом уровне Приднестровье поддерживает контакты с 99 разными странами мира. Некоторые из них имеют открытые представительства в Тирасполе, столице Приднестровья. ОБСЕ также имеет офис и постоянную делегацию в Тирасполе.

По мнению авторов данного документа, совершенно очевидно, что лишь правительство, выражающее волю народа и эффективно осуществляющее свою власть, имеет право требовать от участников международно-правового общения своего признания. Все вышеуказанные признаки присущи государственной власти ПМР, это является неоспоримым фактом и подлежит международно-правовой фиксации. Мы совершенно четко и основательно заявляем, что циничный отказ в признании приднестровской государственности, какими бы благовидными предлогами он не был обоснован, является не просто неким недружелюбным актом, но и нарушением общепринятых принципов международного права.

В развитие анализа принципа суверенитета и суверенного равенства государств как фундаментальной международно-правовой основы государственной независимости ПМР следует отметить, что впервые толкование термина государств было дано на Сан-францисской конференции, принявшей Устав ООН. Оно содержалось в докладе Комитета I/1 этой конференции, который был одобрен затем Первой комиссией и пленумом конференции. Согласно этому толкованию, «суверенное равенство» государств должно означать, что:


  1. государства юридически равны;

  2. они пользуются всеми правами, которые вытекают из их суверенитета;

  3. личность государства должна уважаться, так же как его территориальная целостность и политическая независимость;

  4. государство должно в международном общении добросовестно выполнять свои обязанности и международные обязательства.

Это толкование полностью сохраняет свое значение и поныне. В свою очередь, согласно Декларации о принципах международного права 1970 года, основное содержание рассматриваемого принципа сводится к следующему:

Все государства пользуются суверенным равенством. Они имеют одинаковые права и одинаковые обязанности и являются равноправными членами международного сообщества, независимо от различий экономического, социального, политического или иного характера (п.1).

Понятие «суверенное равенство» включает, в частности, следующие элементы:

a) государства юридически равны;

b) каждое государство пользуется правами, присущими полному суверенитету;

c) каждое государство обязано уважать правосубъектность (личность) других государств;

d) территориальная целостность и политическая независимость государства неприкосновенны;

e) каждое государство имеет право свободно выбирать и развивать свои политические, социальные, экономические и культурные системы;

f) каждое государство обязано выполнять полностью и добросовестно свои международные обязательства и жить в мире с другими государствами.

Тут нам необходимо пояснить, что выражение о том, что государства «имеют одинаковые права и одинаковые обязанности», касается норм общего международного права, т.е. норм, установленных международным сообществом государств в целом. Ныне они общепризнаны в качестве не только конвенционных, но и обычноправовых норм.

Поддержание международного правопорядка может быть обеспечено лишь при полном уважении юридического равенства всех государств, реальных или потенциальных (несмотря на то, что ПМР уже является реальным участником многих международно-правовых отношений, о чем нами будет подробнее говориться ниже, международно-правовая правосубъектность приднестровского государства пока еще существенно ограничена) участников международно-правовых отношений. Это означает, что каждое государство обязано уважать суверенитет других участников системы, то есть их право в пределах собственной территории осуществлять законодательную, исполнительную, административную и судебную власть без какого-либо вмешательства со стороны других государств, а также самостоятельно проводить свою внешнюю политику. Итак, суверенное равенство государств составляет фундаментальную основу современных международных отношений, что в обобщенном виде отражено в п. 1 ст. 2 Устава ООН: «Организация основана на принципе суверенного равенства всех ее Членов».

Объективные закономерности развития международных отношений и их постепенная демократизация привели к расширению содержания анализируемого нами принципа. В Декларации принципов Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) 1975 года государства приняли на себя обязательства не только соблюдать принцип государственного суверенитета и суверенного равенства, как он изложен в Уставе ООН и Декларации 1970 года, но и уважать права, присущие суверенитету. Последнее означает, что в своих взаимных отношениях государства должны уважать различия в историческом и социально-политическом развитии, разнообразие позиций и взглядов, внутренние законы и административные правила, право определять и осуществлять по своему усмотрению и согласно международному праву отношения с другими государствами. К числу элементов принципа суверенитета и суверенного равенства относится право государств принадлежать к международным организациям, быть или не быть участниками двусторонних и многосторонних договоров, включая союзные договоры, а также право на нейтралитет.

По мнению авторов данного документа, пока существуют суверенные государства, принцип суверенитета и суверенного равенства будет оставаться важнейшим элементом системы принципов современного международного права. Строгое его соблюдение обеспечивает свободное развитие не только ПриднестровскойМолдавскойРеспублики,ноикаждогогосударства и народа мира.



Разумеется, оппоненты самоопределения приднестровского народа с упорством, достойным лучшего применения, продолжают утверждать, что международная правосубъектность ПМР невозможна из-за так называемой ее «непризнанности» или отсутствия членства в ООН. Ниже авторы данного документа детально рассмотрят проблематику теории международно-правового признания в контексте ситуации вокруг приднестровскойсувереннойнезависимости,однакоужесейчасможноуказать на ряд существенных нормативно-правовых конструкций, категорически опровергающих данные утверждения.

Так, например, авторы Резолюции ООН «Определение агрессии» 1974 года в Статье 1 (a) предусмотрительно записали, что термин «государство»в ней «употребляется, непредрешаявопросаопризнанииили вопросаотом,являетсялигосударство членом Организации Объединенных Наций».А Статья 9 Устава Организации американских государств (ОАГ), где наиболее весомую и определяющую роль играет США, например, совершенно справедливо фиксирует,что «политическоесуществование государства не зависит от его признания другими государствами. Даже до признания государство имеет право на защиту своей целостности и независимости».

Однако даже и без этих четких и конкретных норм международного права, по мнению авторов данного документа, очевидна абсурдность подхода,прикоторомгосударствостановитсятаковымлишьпослезанятияего представителем кресла в ООН или после признания кем-то извне.

Однако, с другой стороны, нас не может не тревожить отсутствие четких, не подлежащих тенденциозному или двойному толкованию, международно-правовых алгоритмов фиксации международной правосубъектности новообразованных государств. Исходя из сказанного, мы считаем, что необходима унифицированная и кодифицированная концепция легитимизации внешнего суверенитета новообразованных государств, основанная на структурно-функциональном анализе социальных и правовых систем, которая будет предусматривать:



  • функциональную самодостаточность новых обществ в культурной, правовой, экономической и политической системах;

  • функциональную интегрированность в отношениях с окружающим миром (внешней надсистемой);

  • соблюдение общепризнанных принципов, механизмов и норм внутренней легитимизации;

  • соблюдение базовых принципов международного права как во внутренней, так и во внешней политике новообразованных суверенов.

Практически все государства, возникшие в результате распада СССР, с самого момента своего рождения попали в ситуацию острого дефицита исторической и юридической легитимности. По большей части, они не имели опыта государственного существования и никогда реально не существовали в тех внутренних границах, которые были начертаны на картах СССР, и получили собственную суверенную независимость, как в результате констелляции внешних сил, так и собственных мобилизационных усилий, создающих жизнеспособную государственно-правовую общность. То есть, по существу, они возникли, как государства без естественных границ и политических наций и были поставлены перед необходимостью доказывать свою историческую и государственную состоятельность.

По мнению авторов данного документа, Приднестровская Молдавская Республика блестяще сдает пролонгированный уже на 17 лет своеобразный экзамен на зрелость. Приднестровское государство, успешно подтверждающее собственную состоятельность, перестает быть неким “постсоветским” государственным образованием, обретая новое качество своей легитимности и полноценного суверенитета как основы своей международной правосубъектности в мире суверенных и равных демократических государств.



скачать файл

следующая страница >>
Смотрите также: